ИНТЕРВЬЮ | Мария Семушкина: джаз – это «терапия для общества»

О том, почему джаз остается важным инструментом культурного взаимодействия и социальной поддержки, Евгении Клещевой из Службы новостей ООН рассказала Мария Семушкина – культурный предприниматель, продюсер, организатор одного из крупнейших джазовых фестивалей «Усадьба Jazz» (2004-2019) и создательница компании CultlLab в Лондоне.

От дискриминации к диалогу

Сегодня джаз звучит далеко за пределами концертных залов – как универсальный язык, способный объединять людей даже в условиях конфликтов и политических разногласий. Его история уходит корнями в конец XIX – начало XX века и тесно связана с афроамериканской культурой и опытом угнетенного народа. Корни джаза – в ритмах и песнях людей, работавших на плантациях Луизианы, – музыка для них становилась способом выразить боль, надежду и стремление к свободе.

«Это музыка, которая изначально родилась в очень непростых условиях и несла в себе сигнал обществу», – говорит Семушкина.

По ее словам, джаз развивался параллельно с социальными и политическими процессами, включая расовую сегрегацию в США, когда чернокожие музыканты не могли выступать на тех же площадках, что и белые. Однако именно джазовая культура стала одним из первых пространств, где эти барьеры начали разрушаться.

«Создавались коллективы, где уже не имело значения, кто ты – важна была сонастроенность, умение слышать друг друга», – отмечает продюсер.

Импровизация, ключевой элемент джаза, требует одновременно свободы и глубокого взаимопонимания между музыкантами. Именно это, по мнению Семушкиной, делает джаз метафорой диалога. В этом смысле джаз становится моделью общества, в котором разные голоса могут сосуществовать и взаимодействовать.

Музыка, которая объединяет

Сегодня джаз продолжает выполнять объединяющую функцию – иногда вопреки политической реальности.

«Он может объединять людей из воюющих стран, из разных религиозных контекстов», – говорит Семушкина. По ее словам, музыканты служат не политике, а музыке – и именно это создает пространство для диалога.

Такой опыт она наблюдала и в рамках «Усадьба Jazz», где выступали артисты из Африки, Европы и США, создавая пространство, свободное от культурных барьеров. Фестивали и музыкальные проекты все чаще рассматриваются как инструменты культурной дипломатии и социальной сплоченности. Одним из таких примеров стал инициированный Семушкиной проект Music Saves the World, в котором приняли участие более 100 музыкантов из разных стран, включая тех, кто оказался в ситуации вынужденного перемещения. В частности, на одной сцене выступили артисты из России и Украины.

В будущем она планирует расширить эту инициативу, объединив музыкантов из других стран, находящихся в конфликте.

«Я знаю, что музыканты не скажут: “я не буду играть с ним, потому что он из враждебной страны”. Они служат музыке и понимают ценность миротворчества», – говорит она.

Джаз как «терапия» после кризисов

Традиция джазовых фестивалей также тесно связана с глобальными потрясениями. Первые крупные фестивали в Европе появились сразу после Второй мировой войны – например, во Франции уже в 1948 году.

По словам Семушкиной, в послевоенный период джаз стал формой коллективной терапии: «Это было не просто развлечение – это было пространство, где люди могли восстановиться, почувствовать единение».

Эта функция сохраняется и сегодня. Джаз, по ее словам, способен «изменять температуру в комнате» – снижать уровень тревожности и агрессии, перестраивать нейросети, помогая людям лучше понимать себя и друг друга. Даже абсолютные незнакомцы на джазовом концерте легко находят общий язык: «Это особое сообщество – ты можешь не знать этих людей, но понимаешь, что сможешь с ними поговорить». Такое неформальное сообщество объединяет людей по всему миру и становится альтернативной формой глобальной связи – вне официальных институтов и политических альянсов.

Эта роль особенно важна для людей, живущих в сложных социальных условиях, например, подростков из маргинализированных сообществ. Возможность попасть на концерт или фестиваль может стать для человека не просто культурным опытом, а переломным моментом. Поэтому важно, чтобы существовали не только дорогие фестивали – простой человек должен иметь возможность прийти и получить этот опыт.

Глобальная музыка без границ

За десятилетия джаз превратился в по-настоящему глобальное явление, вобрав в себя элементы разных культур – от африканских ритмов до ближневосточных и латиноамериканских мотивов.

«Джаз как будто не имеет границ – в него может влиться любая культура», – отмечает Семушкина.

По ее словам, джаз существует как пространство, которое выходит за рамки политических и географических разделений.

«Джаз является такой надстройкой, которая не про политику и не про разделение, а именно про объединение», – говорит она. Даже в периоды напряженности музыканты продолжают взаимодействовать друг с другом, руководствуясь не национальной принадлежностью, а общим языком музыки.

Женский голос в джазе

Отдельное внимание Семушкина уделяет роли женщин в индустрии. Несмотря на прогресс, они остаются одной из наиболее уязвимых групп – особенно в условиях нестабильной творческой карьеры.

Для поддержки женщин-артисток в июне она представит в Лондоне платформу Jazzylea, цель которой – соединить их с аудиторией и сообществами женщин-лидеров. Женщины в музыке, по словам Семушкиной, часто сталкиваются с нестабильностью, зависимостью от продюсеров-мужчин и сложностью совмещения карьеры с материнством. Без системной поддержки – грантов, продюсерских инициатив и культурной политики – многим талантам сложно реализовать себя.

«Важно, чтобы женщины могли донести свой голос и свое видение – не просто исполнять, а быть авторами и создателями», – подчеркивает она.

Поддержка культуры – не «в последнюю очередь»

По мнению Семушкиной, поддержка культуры должна рассматриваться как приоритет – в том числе на уровне государств и международных организаций. Культура не должна рассматриваться как второстепенная сфера – особенно в кризисные периоды.

Музыканты, особенно работающие вне коммерческого мейнстрима, нуждаются в грантах, институциональной поддержке и возможностях для развития. Несмотря на глобальное признание, многие джазовые музыканты остаются в уязвимом положении, особенно если их творчество не ориентировано на массовый рынок.

«Говорят, сейчас не до культуры. Нет, культура как раз – не в последнюю очередь, а в первую», – говорит она.  

В Международный день джаза Семушкина обращается к мировым лидерам и обществу с простым призывом: «Оставаться людьми, слушать свое сердце, слушать хорошую музыку и поддерживать тех, кто приходит со светлыми идеями».